Приказ Георгия Седова от 18 июня 1913 года подводит итоги научной работы экспедиции во время зимовки на Новой Земле. Седов перечисляет маршрутные, географические, геологические, астрономические, магнитные и метеорологические работы, выполненные участниками экспедиции, и отдельно отмечает походы Владимира Визе, Михаила Павлова и других участников.
Для понимания того, как сам Седов определял задачи экспедиции, документ имеет принципиальное значение. Научные исследования он называет одной из её главных задач, а предстоящий поход к Северному полюсу — «второй» задачей, «идейной», связанной с именем русского человека и честью страны. Это не внешняя оценка экспедиции, а формулировка самого её руководителя в служебном приказе.
Поэтому приказ важен не столько как доказательство успешности всей научной программы, сколько как первичный источник о внутренней постановке целей экспедиции и о работах, которые её руководитель считал уже выполненными к лету 1913 года.
Источник: Брейтфус Л. Л. Очерк экспедиции к Северному полюсу старшего лейтенанта Г. Я. Седова // Записки по гидрографии. — Петроград: Главное гидрографическое управление, 1918. — Т. 1 (42), вып. 1. — С. 62–64. Орфография оригинальная.
Приказ 18 іюня 1913 г. Бухта «Св. Фоки»
«Съ наступленіемъ весны, т. е. времени года сравнительно доступнаго здѣсь для производства научныхъ работъ не только при нашей базѣ, но и внѣ ея, весь личный составъ экспедиціи съ яснымъ и полнымъ сознаніемъ своего долга горячо взялся за дѣло.
Разрѣшеніе многихъ научныхъ вопросовъ, дремлющихъ вѣками въ полярныхъ странахъ, является одной изъ главныхъ задачъ экспедиціи. Поэтому, зимуя на Новой Землѣ, мы прилагали всѣ свои силы къ тому, чтобы какъ можно шире использовать пребываніе здѣсь нашей экспедиціи, тѣмъ болѣе, что эта еще полуизвѣстная земля принадлежитъ нашему отечеству и отъ насъ больше чѣмъ отъ кого-либо ждетъ къ себѣ вниманія. Слѣдствіемъ такой постановки дѣла является, такимъ образомъ, помимо постоянныхъ научныхъ работъ всѣхъ частей экспедиціи при базѣ, еще цѣлый рядъ экскурсій — далекихъ, сопряженныхъ съ большими трудами и лишеніями и близкихъ, или такъ называемыхъ домашнихъ.
На всѣ эти экскурсіи было затрачено много тяжелаго труда и цѣннаго здоровья офицеровъ и команды, какъ экскурсировавшихъ, такъ и остававшихся дома. Каждый человѣкъ вкладывалъ въ дѣло экскурсіи послѣднія свои силы, каждый дѣлалъ все, что могъ, объ этомъ краснорѣчиво говорятъ результаты походовъ среди не очень гостепріимной природы Новой Земли подъ 76° сѣверной широты и не совсѣмъ удобной дороги. Трудность такихъ походовъ здѣсь въ это время можетъ себѣ ясно представить только тотъ, кто на себѣ лично испыталъ всю тяжесть полярной, суровой природы и тому лишь только будетъ вполнѣ понятно, съ какими лишеніями добываются въ этихъ походахъ научные матеріалы; говоря кратко, они берутся буквально съ бою. Приходится каждую пядь пути завоевывать у полярной природы. Все же, не смотря на это, у насъ экскурсіи совершались и дѣло дѣлалось. Видно было, что каждый участникъ экспедиціи: и офицеръ, и матросъ проникся яснымъ сознаніемъ, что нужно работать, нужно трудиться, нужно оправдать то довѣріе, съ которымъ проводила насъ наша родина.
Все это участниками экспедиціи, какъ теперь мнѣ пріятно констатировать, учтено въ пользу дѣла. Особенно пріятно отмѣтить тяжелые походы на Карскую сторону географа Визе и геолога Павлова. Результатомъ этихъ походовъ мы имѣемъ два маршрута поперекъ Новой Земли въ самомъ широкомъ и таинственномъ ея мѣстѣ съ подробной нивеллировкой и геологическими разрѣзами, описъ части берега Карскаго моря съ астрономическимъ и магнитнымъ пунктами, изученіе внутренняго покрова земли и метеорологическія наблюденія во время всего пути.
Одновременно съ этимъ, партіей начальника экспедиціи описанъ западный берегъ Новой Земли отъ полуострова Панкратьева до мыса Желанія и дальше по Карской сторонѣ до мыса Виссингеръ—Гофтъ. На этомъ пути, кромѣ астрономическаго пункта на полуостровѣ Панкратьева, опредѣлено еще четыре ихъ по пути маршрута и столько же магнитныхъ пунктовъ, при чемъ на обратномъ пути замкнуты на всѣхъ пунктахъ хронометрическіе рейсы. Во время всего пути велись метеорологическія наблюденія.
У базы экспедиціи удалось въ теченіе зимы общими силами произвести мензульную съемку полуострова и острова Панкратьевыхъ и описать острова Южно-Крестовье, а также описать и изслѣдовать ближайшіе ледники.
Подвести итогъ произведенной нами работѣ тѣмъ болѣе пріятно, что въ ней сдѣланы нѣкоторыя открытiя несогласiя съ существующими картами, и намъ, участникамъ первой русской экспедиціи къ сѣверному полюсу, такимъ образомъ, достался счастливый жребій внести исправленіе въ существующую вѣками невѣрную карту Новой Земли.
Такимъ образомъ, наша экспедиція, не задаваясь будущимъ, уже сдѣлала кое-что для науки. Впереди походъ къ Сѣверному полюсу. Эта задача экспедиціи вторая, задача, такъ сказать, идейная, связанная съ именемъ русскаго человѣка и честью страны. Поэтому, надѣюсь, что мы и въ этомъ походѣ покажемъ свое усердіе, мужество и отвагу и такъ же, съ побѣдой, выйдемъ изъ него.
Взвѣсивъ все перечисленное, остается только радоваться предварительному успѣху и полному благополучію экспедиціи. Въ заключеніе считаю своимъ непремѣннымъ и пріятнымъ долгомъ объявить всему составу экспедиціи отъ лица службы глубокую благодарность, а матросамъ: Григорію Линнику и Платону Коноплеву, ходившимъ на Карскую сторону, и Андрею Инютину, ходившему къ мысу Желанія, кромѣ того, еще сердечное спасибо».