Схема рудника в Лагере №1 (Мраморное ущелье) и его работа

Мраморное ущелье: работа рудника

Предыдущие части

Ущелье Мраморное в конце 1949-го года являлось сердцем обширной инфраструктуры, сетью раскинувшейся по глубоким долинам сурового хребта. Высоко вверх к нему тянулась тонкая нить высоковольтной линии, и узкая, с мостиками и гатями, местами вырубленная в скале, дорога, необходимая для вывоза столь драгоценной руды. Основные лагеря Ермаковского рудоуправления выстроились вдоль неё, вжимаясь между скалами и руслом бурной реки. Вспомогательные же, как крупные, так и мелкие - разбросали по соседним долинам горного кряжа.

Лагеря, находящиеся внизу, в зоне леса, работали только на нужды рудника. Сюда относилось поддержание дорог в проезжем состоянии, заготовка топлива и строительного материала, обогащение добытой руды, доставка припасов и многое другое. Единственной целью рудоуправления и созданного при нём БорЛАГа стояла добыча максимального количества урановой руды в самые сжатые сроки.

Давайте на мгновение окунемся в атмосферу того жуткого места, которое и сейчас видится таковым даже на фоне давно заброшенных зданий лагерной администрации и чернеющих вокруг неприступных скал…

Ущелье представляет собой узкий каменный мешок, с высокими скальными стенами. Выход из него не превышает в ширину четырехсот метров. Летом лучи солнца появляются здесь лишь к полудню, после четырех часов дня снова скрываясь за скалами. Зимой солнца обычно нет вовсе.

Большую часть года лежит плотный туман, изредка поднимающийся над землей на двадцать-тридцать метров. Территория лагеря находится выше границы леса, а потому растительности на ней тоже нет. В лагере заключённых, впрочем, кое-где растет мох, и стремится пробиться трава, за короткое лето, в полтора месяца, даже пытающаяся отцвести. Но выше, ближе к штольням, нет даже мха.

Температура летом по ночам нередко падает до ноля, а зимой опускается до минус пятидесяти градусов. Из зверей вокруг лишь пищухи. В воздухе над ущельем летает падальщик, да изредка мелькают маленькие птички. В холодное время года, впрочем, исчезают и они.

На огороженной территории, полтораста на полтораста метров, в пяти бараках зябко теснятся несколько сотен заключенных. Прямоугольник их лагеря по внутренней стороне выставлен полутораметровым заграждением, по которому пущено высокое напряжение. Параллельно тянется более мирный ряд колючки, высотой в три с половиной метра. Электричество экономят, отключая от ограды днём и запитывая мастерские под штольнями.

Вокруг бараков мощные прожекторы, освещающие периметр ограждения даже в самый плотный туман. По углам высятся четыре сторожевых вышки. Из Мраморного некуда бежать, но процедура мер против побегов отработана на многочисленных лагерях ГУЛАГа, и местная администрация не пренебрегает ими и здесь – так положено.

Ближе к выходу из ущелья сгрудились постройки администрации. Тут же живут и вольнонаемные. Это люди, для которых рудник является обыкновенным рабочим местом, а заключенные - лишь инструментом. Геологи, альпинисты, прорабы, мастера – специалисты, знающие что делать и как делать. Посмотрите, как выполнены шипы соединений на углах зданий и мостов – в них четко выдержаны все углы. Настоящее искусство, и только благодаря ему деревянные постройки стоят до сих пор и простоят ещё долго, невзирая на сырость и постоянное движение обломочного материала. Рядовой заключённый сам по себе так не сделать не может. Потому и нужны вольнонаемные. Специалисты рассчитывают, где взрывать и где долбить киркой, куда и как пойдет штольня, откуда добыть воду и как подать её наверх. Медицинский персонал оказывает медпомощь или фиксирует смерть. Геологи постоянно берут пробы и что-то пишут в своих журналах. Альпинисты помогают геологам, пробивают лестницы, провешивают перила и кабели. Квалифицированная работа для нескольких десятков специалистов и тяжёлый рабский труд для сотен заключённых.

Во сколько нужно вставать, чтобы отработать одиннадцатичасовой рабочий день? После скудного завтрака заключенные ждут разнарядки, которая, впрочем, одинакова почти каждый день. Отдельные счастливцы уходят работать в лагерь администрации - три мастерских и лесопилка работают на нужды рудника. Другая часть зк выходит через ворота и направляется к самой ближней штольне, что находится сразу за их бараками.

Возможно, эту штольню они начали самой первой и, вероятно, именно с неё пошёл первый «богатый» уран для оружия страны. По осыпи, спотыкаясь и падая, они поднимаются вдоль столбов освещения на семьдесят метров вверх, для своей адской работы в тесном, где не разогнуться, забое.

И, наконец, большая часть оставшихся заключённых уныло бредет в самый конец каменного мешка – спустя полгода после начала строительства уран добывали уже из нескольких штолен.

Километровый путь, наверное, кажется им отдыхом и радует тело перед тяжелой и изнуряющей работой.

Они бредут мимо высокого забора, что глухими и высокими досками огораживает маленькую, тридцать на пятнадцать метров, территорию с небольшим дощатым строением. Вокруг забора натянута вторым рядом колючая проволока. За ним находится склад взрывчатки.

Мимо водонасосной станции они подходят к краю небольшого, но крутого ледника. Заключённые карабкаются вдоль него на высокий моренный вал, где их уже ждут тачки и инструмент. Здесь же разместились подстанция и мастерские - тоже обнесённые колючей проволокой. Колючей проволоки во всём ущелье километры…

По деревянным тротуарам они везут тележки к штольням, к ожидающим их облакам удушливой пыли, от которой не спасает защита, и которая гарантирует им скорое вознаграждение в виде силикоза и удушливой смерти через несколько лет.

Идти вверх тяжело, подъем крутой, а доски скользкие от инея и льда. В штольнях невольные рабочие, заходясь кашлем, отравленные радоном, толкают по рельсам вагонетки с рудой. На краю штольни они освобождают их, ссыпая руду вниз. Там, в облаке пыли, такие же рабочие в любую погоду грузят руду на тачки, чтобы увезти ее еще ниже.

По путям, длиной в полкилометра, заключённые отходят от стены, чтобы ссыпать руду в обитый железом деревянный короб, по которому та уходит вниз, в кузов подъехавшей машины.

Большую часть рабочего дня они трудятся в темноте или в тумане, лишь при свете прожекторов. И только поздним вечером, уже давно после того, как солнце скрылось за отвесными скалами, заключённые возвращаются в свой холодный барак. Сколько раз они видят солнце за свою лагерную жизнь? Не так уж и часто…

Бараки, ставшие им домом, построены из тонких бревен. Обогревается каждый из них двумя печками, но дров катастрофически не хватает. Температура зимой – около ноля, а то и ниже. Спасает только то, что в бараках заключенных много, до сотни человек, но часть слабых все равно подмерзает. Постоянные спутники здешнего з\к – сырость и кашель.

В качестве кормёжки лишь жидкая баланда, да кислый не пропеченный хлеб. Столовая находится здесь же, на их территории. Подобная еда никак не способна покрыть дефицит калорий. Ведь в подобных условиях человеку необходимо много энергии на обогрев и на физическую работу, плюс белок на восстановление мышц. За какое время дефицит доведёт до крайности истощения? Кому как еды и работы достанется. Может, полгода. А может и больше. Если только раньше з\к не замерзнет, если его не убьет свалившимся сверху камнем, не завалит в шахте или он не сорвется со скользкой скалы.

Добавьте сюда жёсткое обращение со стороны лагерной администрации. И представьте, как без надлежащих средств защиты долбить породу в облаке едкой пыли каменного склепа, день за днём… Никакой вентиляции и вытяжки, естественно, в штольнях не было.

Ущелье Мраморное находится в висячей долине, отделённой от глубокой, пропаханной древним ледником, основной долины высоким и крутым бортом. С помощью взрывчатки и силами заключённых в склоне был прорезан извилистый и тесный серпантин дороги, по которому, натужно ревя моторами, с трудом взбирались грузовики.

В лагере машины разгружались от привезенного груза, исправные загоняли на стоянку, а неисправные везли к автомастерской на текущий ремонт. Обслуживание автомобилей и их ремонт полностью осуществлялись силами заключенных под руководством специалиста. Несложный ремонт был возможен непосредственно на территории лагеря администрации - там размещались автомастерские, огороженные колючей проволокой. Более крупный, по возможности, проходил в Синельгинском лагере, рядом с урочищем Пески.

С площадки для техники, по мере надобности, через пропускной пункт, машины подъезжали к специальным деревянным коробам, обитым железом, по которым заключенные спускали в кузов руду. По возвращении на КПП грузовики дотошно осматривались охраной с собакой на предмет беглецов и выпускались наружу. КПП, по сути, представлял собой высокие ворота, обтянутые колючей проволокой, в таком же высоком и защищенном заборе, протянувшимся от лагеря заключенных и полностью перегородившим ущелье. Забор отделял «рабочую» часть рудника от «административной». После проверки груженый автомобиль один или в составе колонны таких же автомашин отправлялся вниз, в долину реки, чтобы отвезти руду на обогатительную фабрику. Конечно, лучше было бы поставить фабрику здесь, но условий для нее в ущелье не было.

Да, Советскому Союзу в то время нужна была ядерная бомба, и в самые короткие сроки. Возможно ли было создать её меньшей ценой, без насилия над собственным народом? И стоит ли размышлять об этом сейчас?

Думаю, тем, кто оправдывает политику репрессий - а в современном обществе таких немало, стоило бы походить по ущелью, по штольням с их едкой пылью, которая никуда не делась. И посмотреть на выбеленные кости, которые появляются весной под скалами, за сместившимися вслед за снегом камнями.

Не стоит заблуждаться – в будущем, в подобных местах можем оказаться и мы с вами, борясь за свою тарелку супа. Не стоит забывать и о том, что в мире полно ещё подобных мест, где люди так и живут, в подневольной работе, являясь для собственного государства лишь условным ресурсом на бумаге – а то и вовсе без неё.

Возможно, призадумавшись, мы больше начнём любить и ценить своих близких, как и те условия, в которых сейчас живём. Иначе, зачем ещё необходимо знать свою историю?

Уход за ногами на маршруте

Итак, мы идём в поход и наши ботинки выбраны согласно размеру и предназначению. Любовно подобраны вес и жёсткость, амортизация, мы уже знаем в лицо китайца, приклеивавшего подошву, и имена всех продавцов, разбегающихся по магазину при одном нашем появлении.

Ну… Или ничего всего перечисленного. Ботинки мы сняли на предыдущей ходке с дерева рядом с тропой – а свои более ушатанные повесили вместо них. Многострадальные ноги стёрты до кровавых или не очень мозолей, а до цивилизации ещё не один перевал и бескрайние просторы болот на выходе.

Бывает и такое.

В любом случае от состояния и здоровья наших ног зависит скорость передвижения, степень удовольствия от маршрута и даже общий успех мероприятия.

Отсюда – небольшой материал о том, как ухаживать за родными лапами на маршруте.

Read more

Подробный обзор спортивного питания Арена. Часть 2. Батончики.

Подробный обзор спортивного питания Арена. Часть 2. Батончики.

Компания Арена занимается производством спортивного питания с 2005-го года и на сегодняшний день выпускает достаточно широкую линейку продуктов – гели, батончики, изотонические напитки и напитки для восстановления.

Продолжаем разбираться в её ассортименте, рассматривать состав продуктов и оценивать, насколько они хороши и для какой деятельности востребованы.

Read more

Подробный обзор спортивного питания Арена. Часть 1. Углеводные гели.

Подробный обзор спортивного питания Арена. Часть 1. Углеводные гели.

Компания Арена занимается производством спортивного питания с 2005-го года и на сегодняшний день выпускает достаточно широкую линейку продуктов – гели, батончики, изотонические напитки и напитки для восстановления.

Попробуем разобраться в её ассортименте, рассмотреть состав продуктов и оценить, насколько они хороши и для какой деятельности востребованы.

Read more

Практика одиночных походов. Часть 24. Общие правила подбора снаряжения.

Как подобрать снаряжение в одиночные походы.

В советское время, с которого нам достался такой туристический орган, как МКК, туризм  виделся элементом социалистической системы. Отсюда отрицались и осуждались одиночные путешествия и походы спортивного характера, находящиеся за пределами рамок выработанных категорий сложности. Во многом такая позиция отстаивается и сейчас, однако, перенос западной культуры, где более лояльно относятся к спортивному индивидуализму, повлиял и на нашу сферу outdoor.

На рост сложности одиночных путешествий сильно оказала воздействие и сравнительная доступность технологичного снаряжения, позволившая снизить общий переносимый вес. С его появлением одновременно возросло также и количество спортивно-рекордных маршрутов. Последние, возникнув вначале в альпинизме, всё больше находят отклик в туризме, а также смежных дисциплинах.

Обратной стороной большого количества снаряжения на рынке стала сложность его подбора применительно к своим походам, особенно одиночным, требующим более тщательного и скрупулёзного расчёта весов и оценки условий.

Проблема рекомендуемых списков снаряжения часто заключается в невозможности разъяснить чёткие критерии к нему относительно выбора в магазине. Например, позиция "спальный мешок на минус пять комфорта" при взгляде на прилавок зачастую заставляет растеряться.

Read more

Немного об ММБ (Московский марш-бросок)

Небольшой обзор популярного мероприятия - ММБ (Московский марш-бросок).

Read more

Гражданская инфраструктура в районе хребта Кодар в 1948-1949 гг.

Предыдущая глава: "Масштабы и скорость строительства инфраструктуры Ермаковского рудоуправления".

Сегодня, спустя почти семьдесят лет после закрытия лагеря, район добычи легко доступен благодаря натоптанной тропе и сравнительно небольшой удалённости от железной дороги. На картах же рудник, входивший в систему ИТЛ Борский - БорЛАГ - обозначен весьма миролюбиво: лагерь геологов, с подписью «нежилой». Многочисленные же вспомогательные лагеря, расположенные гораздо ниже по высоте от лагеря добычи, сохранились столь слабо, что не везде отмечены даже как развалины.

Однако во времена Сталинских репрессий местность в районе рудника всё ещё оставалась труднодоступной. Работы по строительству Байкало-Амурской магистрали хоть и начались в 1932-м году, но требовали колоссальных материальных ресурсов и времени. Во время Второй мировой войны строительство БАМа полностью прекратилось, а ветку от Транссибирской магистрали до Тынды Государственный комитет обороны постановил разобрать для нужд строительства Волжской рокады.

Таким образом, дороги мимо горного хребта с ураном в то время не существовало. Её достроят лишь спустя двадцать лет после того, как стартовым пистолетом выстрелит взрыв первой советской атомной бомбы, дав начало ядерной гонке между двумя сверхдержавами.

На момент 1948-го года непосредственно рядом с районом будущей добычи урана располагались только три небольших села: Чапа-Олого (тунгусы), Кюсть-Кемда (якуты) и Чара (русские).

Коренными жителями района здесь были якуты и тунгусы (эвенки). Якутское поселение Кюсть-Кемда было известно ещё с 1866-го года, но имело преимущественно кочевой характер в районе озера Зарод. В 1917-м году возникло постоянное селение, отмеченное на картах и на схеме выше. Численность жителей в конце 1940-х годов составляла примерно 100 человек и состояло из якутов и эвенков.

Чапа-Олого - эвенкийское поселение, известное с 1901-го года. Его жители занимались охотой и оленеводством, а из-за полуосёдлого образа жизни постоянная численность населения обычно не превышала 200-300 человек.

Первое поселение русских в районе - село Чара - берёт начало с 1932-го года. После окончания Гражданской войны 1917-1923 годов, Советская власть, вынужденная строить экономику разрушенной страны с ноля, столкнулась с необходимостью контроля и пионерского освоения труднодоступных земель своей территории. Основание Чарского поселения оказалось возможным после строительства русского села Неляты на реке Витим, в 1929-м году.

Река Витим - одна из крупнейших рек Восточной Сибири, длиной около двух тысяч километров. Её русло проходит недалеко от города Чита, в Забайкалье. Несмотря на пороги, при подъёме уровня воды по ней был возможен сплав грузов в северную часть Забайкалья. Витим впадает в Лену, которая судоходна до его устья, обеспечивая в случае необходимости трансфер грузов в Неляты через Северный морской путь. Зимой, после замерзания Витима, по его руслу проходил автомобильный зимник из Читы.

Примечание: тем не менее, из-за ограничения объёма грузов, перевозимых за навигацию через Северный морской путь, непостоянного судоходства по р. Витим и сложности эксплуатации автозимника, общий трансфер грузов через базу Неляты не мог быть большим, что предопределило в будущем поиск других решений для снабжения БорЛАГа.

Благодаря своему расположению, Неляты выполняла функцию перевалочной базы и форпоста в регионе, играя ключевую роль в снабжении и исследовании региона. В 1938 – 1941 годах в селе располагалась Витимская экспедиция «БАМпроект», которая пользовалась автозимником Чита-Неляты и оставила после себя складские и административные помещения, которыми воспользовалось в дальнейшем Ермаковское рудоуправление.

Село Чара находилось в 300-х километрах от села Неляты и соединялось с ним конными и санными тропами. Для более оперативного снабжения села припасами в 1947-м году в Чаре был построен небольшой аэродром и налажено авиасообщение с Читой. Население села на тот момент не превышало 1000 человек.

Инфраструктуру района на 1948-ой год можно охарактеризовать следующими тезисами:

  • В районе располагалось в общей сложности три небольших населённых пункта с 1200-1400 жителями, половину из которых составляли коренные жители - эвенки и якуты.
  • Опорная база снабжения находилась в 300 километрах от района. Сёла сообщались с ней сезонными тропами.
  • Снабжение базы снабжения грузами носило ограниченный и нерегулярный характер.
  • Автомобильных дорог и зимников в районе не существовало.

Тезисы позволяют сделать следующий вывод:

Север Читинской области был неосвоен и необжит, а имеющаяся инфраструктура для полноценной работы Ермаковского рудоуправления не являлась достаточной. Единственной опорной точкой в регионе для снабжения рудника материалами и людскими ресурсами в первый год служила база в селе Неляты, позволившая в силу удачного расположения в кратчайшие сроки ввести рудник в эксплуатацию.

Остаётся неизвестной полная стоимость строительства и эксплуатации рудника. В 1950-м году протяжённость одних только зимников составляла более двух тысяч километров. Добавим сюда строительство и эксплуатацию постоянных дорог, оснащение оборудованием и материалами, содержание многих тысяч рабочих и специалистов (всё таки более половины из них были вольнонаёмными), дополнительная эксплуатация Северного морского пути и снабжение через реки Витим и Лена, постоянный авиамост и эксплуатация нескольких сотен единиц техники. Всё перечисленное происходило в исключительно сложных условиях сурового климата и горной местности.

Финансовые затраты в сумме на тот момент времени могли превосходить бюджет Читинской области, тем самым предопределяя одну из причин закрытия рудника в 1951-м году. После устранения уранового дефицита в стране эксплуатация подобных объектов попросту перестала оправдывать себя экономически.

Практика одиночных походов. Часть 23. Опасность диких зверей.

Практика одиночных походов. Часть 23. Опасность диких зверей.

Суждения об отношениях между хищными животными и людьми часто лежат в области мифов и предрассудков. Домыслы связаны с тем, что люди живут вне природы и имеют слабую теоретическую и практическую базы в этом вопросе. В нашем социуме подобное знание не является необходимостью. Даже большинство профессиональных охотников не воспринимают дикую природу, как естественную для своего обитания. Априори она принимается как враждебная.

С другой стороны, дикая природа действительно способна оказаться для нас сложной средой для выживания. Не потому, что там опасностей больше, нежели в городе, а из-за нашей с вами непривычности к ним.

По отношению к потенциальной агрессии диких животных человек склонен к двум крайностям - её излишнему преувеличению и наоборот - её отрицанию. Обе крайности формируются из разных представлений об окружающем мире и собственного места индивида по отношению к нему, но обе одинаково опасны.

Read more

Подробный обзор (отзыв) бензиновой горелки MSR Dragon Fly

Подробный обзор (отзыв) бензиновой горелки MSR Dragon Fly

Производитель:                                                         MSR

Модель:                                                                   Dragon Fly

Полный походный вес горелки:                    710 грамм

Топливо:                                           Бензин, дизельное топливо, керосин.

Объём ёмкости, что идёт в комплекте:         591 мл

Особенности: вынесенная ёмкость для топлива; возможность тонкой регулировки пламени; приспособленность под широкую посуду; высокая устойчивость.

Read more

Практика одиночных походов. Часть 22. Отсидка по погоде.

Отсидка по погоде.

Погода в одном и том же регионе из года в год способна меняться и создавать неблагоприятные условия для преодоления маршрута. Она может формировать сравнительную лёгкость прохождения одним путешественникам и сложность другим.

Советский бог погоды - Анатолий Дьяков - в современном мире озолотился бы на долгосрочных прогнозах для аутдорного спорта, где достижения в немалой мере зависят от текущих климатических условий в регионе.

Турист-одиночка в сложных путешествиях более зависим от погоды, нежели группа. Пережидание ненастья в любом её проявлении также даётся ему сложнее, а значит предполагает большие требования к опыту и самоорганизации.

Read more