Почти как рысь. Часть 3 (фантастика)

рысь

Заключительная, третья глава фантастической повести "Почти как рысь". Странный постапокалиптический мир и балансирующий на грани безумия главный герой.  Где находится граница между реальностью, предсмертными переживаниями и фантазией? Не вините его. Он не хороший и не плохой, он такой, какой есть, пытающийся сжиться с самим собой и при этом подчинённый лишь одной цели - выживанию.

Предыдущие части:

Часть 1

Часть 2

Read more

Почти как рысь. Часть 2 (фантастика)

Читать первую часть

Возможно читателю может показаться, что много насилия. Мне трудно об этом судить, специально я к этому не стремился. Главный герой поражён безумием, ненавистью к окружающему миру. Человек, у которого есть лишь походы и немногочисленные друзья. Его трудно винить в его мыслях и действиях, учитывая неприятности в семье, на работе, с соседями и вообще с средой окружения. На мой взгляд, ему просто не везёт, а его эмоции - лишь ответная реакция на такое же безумие мира, которое видят в нём.

Если первая часть далека от фэнтези, кроме фантастического невезения при срыве на восхождении, то вторая часть является уже чисто фэнтезийной. Разбитый и больной, мой персонаж всего лишь пытается выжить, но его состояние постепенно усугубляется, как физическое, так и психическое. Никаких подарков судьбы, только жестокая реалия, в которой главный герой отнюдь не строит иллюзий.

Многое взято из реальной жизни: сны, мысли, рассуждения, действия, травмы и тому подобное. Выдуманным является только место действия, место того ужаса, где в повествовании оказывается главный герой. Всё остальное действительно имело место быть.

Почти как рысь.

Книга 1. Часть 2. Выживание.

…Здесь замечтавшиеся души

Блуждают между древних плит,

Нашедший вход здесь вечно ищет выход,

Лабиринт.

Geval, «Лабиринт».

Read more

Почти как рысь. Книга 1. Часть 1 (фантастика)

Перед вами первая часть романа "Почти как рысь". Произведение в целом относится к фантастике, но первую часть можно назвать и современной прозой.

У меня не было цели сделать главного героя, от имени которого ведётся повествование, добрым и хорошим во всех отношениях. Нет, он такой, каков есть, дитя современного общества. Хороший он или нет, решать уже читателю. Все географические объекты, которые упоминаются в этой части, существуют на самом деле. Все случаи, которые вспоминает главный герой - действительно имели место быть. Глава основана на реальных событиях, но некоторыми моментами отличается от них. Персонажи выдуманы, но каждый из них имеет реального прообраза.

Я извиняюсь перед читателем за то, что не смог полностью избавиться от специальной терминологии, но я искренне старался это сделать.

Read more

Друг (рассказ)

Друг (рассказ)

У меня есть друг. Его зовут… да не важно, как его зовут, он просто есть. Нет, не подумайте чего плохого, он вполне материален, а я не отношусь к людям, которые любят рассказывать про голоса в голове. Нет, конечно.

Мы познакомились лет восемь назад, когда я будучи студентом ходил в секцию альпинизма при институте. Весёлое, бурное время, когда никаких забот в жизни ещё не существовало, и мы искренне верили, что они никогда не появятся. Оптимизм молодости, потерянный где-то рука об руку с романтикой и быстро пролетевшими годами.

Read more

Дина. Часть 6. (фантастика)

Дина. Часть 6. (фантастика)

Предыдущая часть.

Смерть. Я чувствую, как запотевает мраком оконное стекло от её дыхания. Мне мнится, как заглядывает она из темноты сюда, в придорожное кафе, наполненное дальнобойщиками, проститутками, местными парнями и случайными путниками.

Выбеленная кость широкого лба прижимается к холодному стеклу, пытающемуся сжаться в оконной раме от страха перед своей стеклянной смертью. Стекло тоже страшится. Боится, что тяжёлый череп разобьёт его на мелкие осколки, вырывая рамы и корёжа решётку, как детский пластилин. Боится, что тяжёлая коса, прислонённая к грязно-белой кирпичной стене, вонзится в неё чёрным металлом, гигантским стеклорезом рассекая крохотный, статичный и постоянный, но такой неустойчивый мирок небольшого оконца, устраивая в нём апокалипсис. Своими пятнистыми ушами я чувствую, как стекло дрожит и тихо дзинькает краями о старый рассохшийся штапик.

Смерть всегда идёт за нами по пятам. Самый древний в бездонном космосе падальщик. И да, я верю, что она живая. Она не может быть выдуманной или мёртвой, бездушной или равнодушной. Нет. Терпеливым хищником она пойдёт за вами, дожидаясь вашей слабости, болезни или несчастного случая. Но иногда Смерти хочется поиграть и на некоторое время у неё появляется любимчик. Наверное, ей хочется посмотреть, что произойдёт дальше. А бывает и наоборот, она сделает всё, чтобы втравить свою жертву в неприятности с известным исходом.

Read more

Дина. Часть 5 (фантастика)

Дина. Часть 5 (фантастика)

Предыдущая часть

Сегодня мы всем кланом собрались в небольшом ресторанчике, открывшемся в райцентре всего три дня назад. Мне здесь не нравилось, но Диана, вожак нашей стаи, настаивала на посещении.

Хм, а почему, собственно, мне здесь не нравилось? Хороший вопрос. Попробую на него ответить. Начнём с того, что это ресторан китайской кухни, а я, какой-никакой, а всё же самый настоящий гепард. Из китайской кухни мне совершенно нечего есть, кроме официантов и повара.

Вот. Я честно попыталась разобраться в меню, благо умею читать. Однако результат вышел тем же самым, как если бы меню напечатали на суахили. И хотя Танаш и Вероника вызвались помочь определиться с выбором, им также с огорчением пришлось констатировать - питаться хоть чем-то из того, что предлагал увесистый томик меню, я не стану.

Read more

Дина. Часть 4. (Фантастика)

Дина. Часть 4. (Фантастика)

Предыдущая часть

Ночь окутывает болото так, что я чувствую темноту шкурой. Трясина под лапами колышется, грозя прорваться в тонкой плёнке торфа, немощным стариком-скрягой намазанной на толщу пропитанного водой ила, словно масло на заплесневелый кусок хлеба.

Иногда я проваливаюсь одной из лап до самого туловища, с трудом вытаскивая её из трясины. Вслед за лапой из глубины поднимаются пузыри, с причмокиванием лопаясь на поверхности и наполняя пространство нестерпимым смрадом.

Шатаясь, пропитанная запахом этой праматери всех болот, я бреду в направлении различаемого вдали островка, из которого над болотом выступают ветви исполинских хвойных деревьев.

Луна, сияющим блюдцем с безумным оскалом лижет высокие и чёрные, словно мачты мёртвых кораблей, сушины. Она манит взгляд вверх и гипнотизирует, заставляя безвольно опустить зад с некогда шикарным хвостом на поверхность мари и тихо сдохнуть в вони болота, внося лепту в толщину покрова в виде маленькой сгнившей кучки безвольных потрохов.

Read more

Дина. Часть 3. (Фантастика)

Дина. Часть 3. (Фантастика)

Предыдущая часть

Главная комната в нашем доме напоминает идиллическое семейное сборище.

Теперь у нас чертовски большая семья.

Набившись в помещение разношёрстной толпой, мы смотрим телевизор. Как ни странно звучит, но мы всем населением своей небольшой обители подсели на сериал «Сверхъестественное». Помните, наверное, старый сериал, тот самый, где братья Винчестеры так лихо расправляются с самой разной нечистью? Диана, вожак клана рысей, утверждает, что братья напоминают ей нас с Терри. Такие же отмороженные, брутальные и безалаберные.

Не знаю, не знаю. Я подобного сходства между нами не вижу. Однако, это нисколько не мешает мне смотреть приключения двух Охотников с интересом и удовольствием. Помните, там есть серия, где дети бросали в волшебный фонтан монетки, загадывая желание, и их желания потом сбывались? Там ещё у одной девочки плюшевый медвежонок стал большим и живым?

Вот. Я теперь перед сном иногда мечтаю, чтобы найти такой фонтан и тоже бросить в него монетку.

Read more

Дина. Часть 2. (Фантастика)

Дина. Часть 2. (Фантастика)

Предыдущая часть

Мы стояли напротив нарочито мажорного входа в казино, сверкающего всеми цветами неоновых ламп. И сами тоже сейчас выглядели настоящими мажорами. Терри, в белых дорогущих брюках, коричневом пиджаке из тонкой кожи, в чёрной шляпе с мехом - на улице то уже почти зима. Он и так-то не похож на настоящего Охотника, но сейчас он на него похож ещё меньше. Тёмные очки и тоненькие усики при его худобе вызывали ассоциацию с дорогим сутенёром.

Я стояла рядом, касаясь его боком. С настолько причёсанной и намазанной какой-то гадостью шерстью, что та выглядела круче, чем самая дорогая шуба на тех гламурных сучках, что входили в двери казино, подобно бабочкам на свет. Моё изящное гепардовое тело было перевито тонкими ремнями с заклёпками, лишь подчёркивающими линии. От ошейника, украшенного бриллиантом, к тонкому запястью Терри уходил тонкий кручёный поводок. Его петля небрежно свисала аккурат между золотыми часами и наманикюренными холёными пальчиками.

Я подняла несчастный кошачий взор к тёмным очкам моего хозяина и друга. За очками прятались сначала контактные линзы, а потом уже глаза, так красиво меняющие свой цвет от серого до голубого когда им вздумается. И какого чёрта мы здесь делаем? Но Терри успокаивающе гладит меня по голове, задерживая руку на загривке и прихватывая шерсть пальцами так, что мне хочется плюнуть на все расхожие приличия, прильнуть к нему и заурчать от удовольствия. Интересно, а дикие гепарды урчат от распирающего их удовольствия? Я вот умею.

Read more

Дина. Часть 1. (Фантастика)

Старый ламповый телевизор с облупившимся корпусом наполнял нашу маленькую комнатку наискучнейшим выпуском экономических новостей. Шпон, что покрывал корпус, топорщился во все стороны, а изображение пребывало в непрерывном мерцании. В верхней части экрана туда-сюда ползала аляповатая жирная молния – дефект изображения. Если с определённой силой ударить в верхнюю часть правой боковины, то на некоторое время, минут на пять, не больше, изображение становилось чётким и переставало плавать.

Данный предмет из доперестроечной эпохи ценен у нас лишь в качестве голосового сопровождения не продолжительных комнатных будней. Из него исходят трелями самые разные направления современной и не очень музыки, выливаются помоями политические дебаты и ток-шоу, сладострастно доносятся стоны людей из ночных фильмов для взрослых, деловито исторгаются сухие репортажи с военных театров. Мир живёт, любит, убивает и рожает – бешеный флакон страстей под названием Земля.

И мне здесь скучно, в нашем жилище. Правда, мой сосед Амбер упомянутой скуки не разделяет. Он заинтересованно, с умным видом, пялится на дёргающийся старым эпилептиком экран. Его большие глаза, если с крупной квадратной головы убрать густую рыжую чёлку, вызывают трогательное выражение лиц у воспитателей.

Интересно, что он в них, новостях, понимает? Пусть его Тени уволокут, если понимает – я за ним никогда не замечала признаков обременённости интеллектом. Во всяком случае, ещё вчера их совершенно точно не было, а в таких коротких сроках я уверена.

Read more