Почти как рысь. Часть 3 (фантастика)

рысь

Заключительная, третья глава фантастической повести "Почти как рысь". Странный постапокалиптический мир и балансирующий на грани безумия главный герой.  Где находится граница между реальностью, предсмертными переживаниями и фантазией? Не вините его. Он не хороший и не плохой, он такой, какой есть, пытающийся сжиться с самим собой и при этом подчинённый лишь одной цели - выживанию.

Предыдущие части:

Часть 1

Часть 2

Read more

Почти как рысь. Часть 2 (фантастика)

Читать первую часть

Возможно читателю может показаться, что много насилия. Мне трудно об этом судить, специально я к этому не стремился. Главный герой поражён безумием, ненавистью к окружающему миру. Человек, у которого есть лишь походы и немногочисленные друзья. Его трудно винить в его мыслях и действиях, учитывая неприятности в семье, на работе, с соседями и вообще с средой окружения. На мой взгляд, ему просто не везёт, а его эмоции - лишь ответная реакция на такое же безумие мира, которое видят в нём.

Если первая часть далека от фэнтези, кроме фантастического невезения при срыве на восхождении, то вторая часть является уже чисто фэнтезийной. Разбитый и больной, мой персонаж всего лишь пытается выжить, но его состояние постепенно усугубляется, как физическое, так и психическое. Никаких подарков судьбы, только жестокая реалия, в которой главный герой отнюдь не строит иллюзий.

Многое взято из реальной жизни: сны, мысли, рассуждения, действия, травмы и тому подобное. Выдуманным является только место действия, место того ужаса, где в повествовании оказывается главный герой. Всё остальное действительно имело место быть.

Почти как рысь.

Книга 1. Часть 2. Выживание.

…Здесь замечтавшиеся души

Блуждают между древних плит,

Нашедший вход здесь вечно ищет выход,

Лабиринт.

Geval, «Лабиринт».

Read more

Почти как рысь. Книга 1. Часть 1 (фантастика)

Перед вами первая часть романа "Почти как рысь". Произведение в целом относится к фантастике, но первую часть можно назвать и современной прозой.

У меня не было цели сделать главного героя, от имени которого ведётся повествование, добрым и хорошим во всех отношениях. Нет, он такой, каков есть, дитя современного общества. Хороший он или нет, решать уже читателю. Все географические объекты, которые упоминаются в этой части, существуют на самом деле. Все случаи, которые вспоминает главный герой - действительно имели место быть. Глава основана на реальных событиях, но некоторыми моментами отличается от них. Персонажи выдуманы, но каждый из них имеет реального прообраза.

Я извиняюсь перед читателем за то, что не смог полностью избавиться от специальной терминологии, но я искренне старался это сделать.

Read more

Друг (рассказ)

Друг (рассказ)

У меня есть друг. Его зовут… да не важно, как его зовут, он просто есть. Нет, не подумайте чего плохого, он вполне себе материален, а я не отношусь к тем людям, которые любят рассказывать про голоса в голове. Нет, конечно.

Мы познакомились с ним лет восемь назад, когда я был ещё студентом и ходил в секцию альпинизма при своём институте. Это было весёлое, молодое время, когда никаких забот в жизни ещё не было, и мы искренне верили, что их никогда не будет. Оптимизм молодости, потерянный где-то рука об руку с романтикой и быстро пролетевшими годами.
Read more

Дина. Часть 6. (фантастика)

Дина. Часть 6. (фантастика)

Предыдущая часть.

Смерть. Я чувствую, как запотевает мраком оконное стекло от её дыхания. Мне мнится, как она заглядывает из темноты сюда, в это придорожное кафе, наполненное сейчас дальнобойщиками, проститутками, местными парнями и случайными путниками, типа нас. Выбеленная кость широкого лба прижимается к холодному стеклу, пытающемуся сжаться в оконной раме от своего собственного страха перед её, стеклянной смертью. Стекло тоже её страшится. Боится, что тяжёлый череп разобьёт его на мелкие осколки, вырывая рамы и корёжа решётку, как детский пластилин. Боится, что тяжёлая коса, прислонённая сейчас к грязно-белой кирпичной стене, вонзиться в неё чёрным металлом и, словно гигантским стеклорезом, рассечёт крохотный, статичный и постоянный, но такой неустойчивый мирок небольшого оконца, устроив в нём апокалипсис. Своими пятнистыми ушами я чувствую, как стекло дрожит и тихо дзинькает краями о старый рассохшийся штапик.

Смерть всегда идёт за нами по пятам. Самый древний в бездонном космосе падальщик. И да, я верю, что она живая. Она не может быть выдуманной или мёртвой, бездушной или равнодушной. Нет. Терпеливым хищником она будет ходить за нами, дожидаясь нашей слабости, болезни или несчастного случая. Иногда ей хочется поиграть и на некоторое время у неё появляется любимчик. Наверное, ей хочется посмотреть, что будет дальше. А бывает и наоборот, она делает всё, чтобы втравить свою жертву в неприятности с известным исходом. Смерть – идеальный инструмент естественного отбора и необходимейший элемент эволюции. Она уравнивает шансы всех нас. Последний регулятор в этом мире, ещё способный влиять на зарвавшееся человечество.
Read more

Дина. Часть 5 (фантастика)

Дина. Часть 5 (фантастика)

Предыдущая часть

Сегодня мы всем нашим кланом сидим в небольшом ресторанчике, открывшемся у нас в райцентре всего три дня назад. Мне здесь не нравится, но Диана, вожак нашей стаи, настаивала на посещении этого заведения. Хм, а почему мне здесь не нравится? Хороший вопрос. Попробую на него ответить. Это ресторан китайской кухни, а я, какой-никакой, а всё-таки самый настоящий гепард. Из китайской кухни мне совершенно нечего есть, кроме официантов и повара. Вот. Я честно попыталась разобраться в меню, я умею читать, но результат вышел тем же самым, как если бы меню было написано на суахили. И хотя Танаш и Вероника вызвались мне помочь определиться с выбором, им также с огорчением пришлось констатировать тот факт, что есть хоть что-то из того, что предлагал увесистый томик меню, я не буду. В итоге, когда подошла официантка, оборотни попытались втолковать ей, что кроме выбранных из меню блюд, нам также нужны ещё два килограмма сырой мясной вырезки. Попытка провалилась сразу, так как официантка просто стояла и хлопала глазами, не в силах понять того, что именно, и главное, для чего, у неё требуют. Создавалось впечатление, будто рядом с нами стоит примитивный робот, словарный запас которого, кроме меню, ограничен лишь каким-то минимальным функционалом, только-только покрывающим желания клиента. В конце концов, пришлось вызывать администратора, которая, надо отдать ей должное, сориентировалась сразу и ровно через десять минут передо мной стояло огромное блюдо с сырыми розовыми ломтями заботливо порезанного мяса. Размер ломтя отлично подходил для того, чтобы я могла поддеть его когтем и сдвинуть на край блюда, откуда потом аккуратно его можно взять зубами и заглотить, даже не рискуя запачкать свою белую манишку. Тут, главное не торопиться и не подбирать потом куски с полу.
Read more

Дина. Часть 4. (Фантастика)

Дина. Часть 4. (Фантастика)

Предыдущая часть

Ночь окутывает болото так, как будто бы я чувствую эту темноту шкурой. Трясина под моими лапами колышется и грозит прорваться в этой тонкой плёнке торфа, немощным стариком-скрягой намазанной на огромную толщу пропитанного водой ила, словно масло на заплесневелый кусок хлеба. Иногда я проваливаюсь одной из лап до самого туловища и с трудом вытаскиваю её из трясины. Вслед за моей лапой из глубины поднимаются большие пузыри, с причмокиванием лопающиеся на поверхности и наполняющие пространство нестерпимым смрадом. Я, шатаясь, пропитанная запахом этой праматери всех болот, бреду в направлении различаемого мною островка, из которого над болотом выступают ветви исполинских хвойных деревьев. Луна, огромное сияющее блюдце которой с безумным оскалом лижет высокие и чёрные, словно мачты мёртвых кораблей, сушины, гипнотизирует и заставляет безвольно опустить свой зад с некогда шикарным хвостом на поверхность мари и тихо сдохнуть в этой вони, внеся свою лепту в толщину покрова в виде маленькой сгнившей кучки безвольных потрохов. Я с трудом отвожу усталые глаза от этого ухмыляющегося диска и бреду к острову, через силу перебирая лапами. Словно бы почуяв, что жертва собирается уйти, один из гигантских стволов, торчащих в это злобное небо, с треском начинает наклоняться, всё быстрее и быстрее. В какой-то момент ствол переламывается ближе к вершине пополам и оба обрубка падают передо мной в трясину, прорывая слой торфа и окатывая целиком меня волной ила с кишащими там белесыми тонкими тварями. Твари, слегка светясь в темноте, корчатся то ли в агонии, то ли в просто попытке вернуться в привычное для них место, превращаясь на своём уровне в такую же меня. Упавшее дерево, длиной в добрых полста метров, рвёт торф на площади в два раза большей, чем оно само и тут же тонет, лишая меня кратчайшего пути к острову. У меня нет сил даже рычать от бессилия и уже давно умершего в моём истощённом теле гнева. Я отхожу назад и делаю крюк вокруг этой вытянутой в форме акулы, лужи. «Акулий» глаз, трухлявый высокий пень диаметром с длину моего тела вместе с хвостом, извергает из себя рой светящихся насекомых, который начинает кружить вокруг пня. Своими плавными, неторопливыми, правильными движениями, рой видится мне частью хищного, запрятанного в глубине пня, создания. Мне даже не хочется предполагать, что это за чудовище, я просто держусь подальше от этих правильных геометрических фигур, которые вычерчивают на чёрном ватмане эти явно не безобидные художники. И лишь когда мои лапы, подгибаясь, выталкивают меня на берег, покрытый опавшей хвоёй, я, отползя подальше от края мари, падаю без сил, в стоне, на жёсткую, сырую, но такую гостеприимную, по сравнению с болотом, поверхность острова.
Read more

Дина. Часть 3. (Фантастика)

Дина. Часть 3. (Фантастика)

Предыдущая часть

Главная комната в нашем с Терри доме сейчас очень похожа на большое идиллическое семейное сборище. Да, у нас теперь большая семья. Набившись сюда всей нашей разношёрстной толпой, под умиротворяющий треск горящих дров в печке на кухне, мы смотрим телевизор. Как это ни странно звучит, но мы всем населением своей небольшой обители подсели на сериал «Сверхъестественное». Помните, наверное, старый сериал, тот самый, где братья Винчестеры так лихо расправляются с самой разной нечистью? Диана, вожак клана рысей, утверждает, что братья напоминают ей нас с Терри, такие же отмороженные, брутальные и безалаберные. Не знаю, не знаю. Я подобного сходства между нами не вижу, но это нисколько не мешает мне смотреть на приключения двух Охотников с интересом и удовольствием. Помните, там есть серия, где дети бросали в волшебный фонтан монетки, загадывая при этом желание, и их желания после этого сбывались? Там ещё у одной девочки плюшевый медвежонок стал большим и живым?

Read more

Дина. Часть 2. (Фантастика)

Дина. Часть 2. (Фантастика)

Предыдущая часть

Мы с Терри стоим напротив аляповатого, переливающегося всеми цветами неоновых ламп, нарочито мажорного входа в казино. И мы тоже сейчас выглядим самыми настоящими мажорами. Терри, в белых дорогущих брюках, коричневом пиджаке из тонкой кожи, чёрной шляпе с мехом - на улице то почти зима уже. Он и так-то не похож на Охотника, но сейчас он на него похож меньше всего. Тёмные очки и тоненькие усики сутенёра дополняют его типаж. Я стою с ним рядом, касаясь его своим боком с настолько причёсанной и намазанной какой-то гадостью шерстью, что она выглядит круче, чем самая дорогая шуба на тех гламурных женщинах, что входят сейчас вот в эти двери, подобно бабочкам, порхающим на свет. Моё изящное гепардовое тело перевито тонкими ремнями с заклёпками, лишь подчёркивающими линии. От ошейника, украшенного бриллиантом, к тонкому запястью Терри уходит тонкий кручёный поводок, петля которого небрежно свисает аккурат между золотыми часами и наманикюренными, холёными пальчиками.

Я поднимаю свой несчастный кошачий взор к тёмным очкам моего хозяина и друга, за которыми прячутся сначала контактные линзы, а потом уже глаза, так красиво меняющие свой цвет от серого до голубого когда им вздумается. И какого чёрта мы здесь с ним делаем? Но Терри успокаивающе гладит меня по голове, задерживая руку на загривке и прихватывая шерсть своими пальцами так, что мне хочется плюнуть на все эти расхожие приличия, прильнуть к нему и заурчать от удовольствия. Интересно, а дикие гепарды урчат от распирающего их удовольствия? Я вот умею урчать.

Мы вальяжно вплываем в приманивающий нас неоновый рай для простаков и последователей Буратино. Здесь внутри всюду идёт действо, движение чего-то необъяснимого, но ощущаемого, словно все деньги, собранные в этих стенах, вдруг начали мыслить и уговаривающее нашёптывать в твои уши о мыслимых удовольствиях и похлопывать тебя при этом по спине ободряющей дланью. Нескончаемой музыкой гигантского оркестра чувств до меня доносятся смех и слёзы, а взгляд выхватывает в толпе отдельных, богато одетых, людей и их холёных зверей-спутников, проводящих явно и неявно больше времени в руках у стилистов, чем в тренажёрных залах. Выхватывает и иных существ, выдающих себя за людей, но на самом деле ими не являющихся. Здесь проигрывают и выигрывают не только деньги, но и судьбы и души, часто принимая крупье за представителя всевышнего. Впрочем, почему бы и не быть этому на самом деле? Далеко не от всех крупье здесь пахнет человеком.
Read more

Дина. Часть 1. (Фантастика)

Дина. Часть 1. (Фантастика)

Старый ламповый телевизор с облупившимся корпусом наполняет нашу маленькую комнатку наискучнейшим выпуском экономических новостей. Шпон, которым покрыт корпус, топорщится во все стороны, а изображение пребывает в непрерывном мерцании. В верхней части экрана туда-сюда ползает аляповатая жирная молния – дефект изображения. Если с определённой силой ударить в верхнюю часть правой боковины, то на некоторое время, минут на пять, не больше, изображение станет чётким и перестанет мерцать и плавать. Так что, этот привет из до перестроечной эпохи, ценен, обычно, в качестве голосового сопровождения наших не продолжительных комнатных будней. Из него исходят трелями самые разные направления современной и не очень музыки, выливаются помоями политические дебаты и ток-шоу, сладострастно доносятся стоны людей из ночных фильмов для взрослых, деловито исторгаются сухие репортажи с военных театров. Мир живёт, воюет, любит, убивает и рожает – бешеный флакон страстей под названием Земля. Но, мне всё равно здесь скучно, в нашем жилище. Правда, мой сосед Амбер упомянутой скуки не разделяет, а заинтересованно, с умным видом, пялится на дёргающийся старым эпилептиком экран своими большими глазами, периодически взмахом крупной, квадратной головы убирая с них густую рыжую чёлку, вызывающую трогательное выражение лиц у наших воспитателей. Что, мне интересно, он в них, новостях этих, понимает? Пусть его Тени уволокут, если понимает – я за ним вообще не замечала признаков обременённости интеллектом. Во всяком случае, ещё вчера их совершенно точно не было, а в таких коротких сроках я уверена.
Read more